СВЯЗЬ РЕЛИГИОЗНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ САМОРЕАЛИЗАЦИИ: РОЛЬ САМОЭФФЕКТИВНОСТИ И РЕЛИГИОЗНОГО КОПИНГА

Abstract

В статье представлены результаты количественного исследования взаимосвязи религиозной идентичности, религиозного копинга, общей самоэффективности и удовлетворённости карьерой у работающих мусульманок. Актуальность исследования определяется необходимостью учитывать не только выраженность религиозной приверженности, но и психологические способы согласования религиозной и профессиональной сфер. Цель состояла в выявлении вклада религиозной приверженности, положительного и отрицательного религиозного копинга и самоэффективности в субъективную оценку карьерной самореализации. В исследовании приняли участие 100 практикующих мусульманок с официальной занятостью; средний возраст составил 32,1 года. Применялись опросник религиозной приверженности RCI-10, краткий опросник религиозного копинга Brief RCOPE, шкала общей самоэффективности и шкала удовлетворённости карьерой. Статистическая обработка включала корреляционный, множественный регрессионный и разведочный кластерный анализ. Установлено, что религиозная приверженность не связана напрямую с удовлетворённостью карьерой. Отрицательный религиозный копинг выступил наиболее выраженным отрицательным предиктором удовлетворённости карьерой, тогда как самоэффективность внесла положительный вклад. Выделены пять профилей сочетания религиозности, копинга, самоэффективности и карьерной удовлетворённости. Научная новизна заключается в одновременном рассмотрении указанных факторов на российской выборке работающих мусульманок и в уточнении психологического механизма, посредством которого религиозная идентичность может приобретать ресурсное либо конфликтное значение в профессиональной сфере. Практическая значимость связана с возможностью использовать результаты в психологическом консультировании и программах поддержки религиозного разнообразия в организациях. The article presents a quantitative study of the relationships among religious identity, religious coping, general self-efficacy, and career satisfaction in employed Muslim women. The study is relevant because the professional consequences of religious identity may depend not only on the strength of religious commitment but also on the psychological strategies used to reconcile religious and occupational domains. The aim was to determine the contribution of religious commitment, positive and negative religious coping, and self-efficacy to subjective career self-realization. The sample included 100 practicing Muslim women in formal employment, with a mean age of 32.1 years. The Religious Commitment Inventory-10, Brief RCOPE, General Self-Efficacy Scale, and Career Satisfaction Scale were administered. Statistical analysis included correlation, multiple regression, and exploratory cluster analysis. Religious commitment was not directly associated with career satisfaction. Negative religious coping was the strongest negative predictor of career satisfaction, whereas self-efficacy made a positive contribution. Five profiles combining religiosity, coping, self-efficacy, and career satisfaction were identified. The originality of the study lies in the simultaneous examination of these factors in a Russian sample of employed Muslim women and in clarifying the psychological mechanism through which religious identity may acquire either a resource-related or conflict-related meaning in the professional sphere. The findings may be used in psychological counseling and organizational programs supporting religious diversity.