Jul 2026· Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии· pp. 268-284· 0 citations· 4 references
Abstract
В статье рассматриваются особенности духовно- интеллектуального риска теологического исследования. Системным принципом исследования становится поступательное рассмотрение уровней теологического риска как на внешнем контуре, так и на внутреннем, построение своеобразной «диспозиции» рискованности богословского познания мира. Внешний контур, определяющий специфику теологического риска, описывается конфигурацией противостояния теологического и а-теологического мировосприятия, проходящей по «точкам бифуркации» — отрицание Божественного авторитета, авторитета Священного Писания, радикализация морального релятивизма, тотальность секулярного гуманизма и другие, — которые разделяют данные гносеологические модели и определяют границы опасности теологического риска. Выманивание исследовательской позиции в области а-теологического составляет ключевой прием повышения степени опасности в богословском риске, который в результате теряет свою религиозность и переходит в безверие. На внутреннем контуре теологического поиска опасности риска повышаются при соблазне создания «абсолютной теологии» или, напротив, теологии пустоты, ведущих к богословию, лишенному благодати. В результате таких рискованных теологических стратегий, потерявших гносеологические интуиции духовной просветленности, рождаются опасные проекты парарелигиозности как в политико-идеологической области, так и в формате экуменического радикализма. В финале статьи рассматривается глубинная сущность теологического риска, определяемая его гносеологическими ресурсами: принципиальной рискованностью, одновременной открытостью опасности и надежде, духовно-интеллектуальной трезвостью. Выводом становится определение теологического риска как мыслительной просветленности, принимающей свое главное призвание открывать миру свет Божественного присутствия.
This article examines the characteristics of the spiritual and intellectual risk in theological research. The systematic principle of the study is a progressive examination of the levels of theological risk, both externally and internally, constructing a unique “disposition” of the riskiness of theological understanding of the world. The external contour, defining the specifics of theological risk, is described by the configuration of the opposition between theological and a-theological worldviews, passing through “bifurcation points” — the denial of Divine authority, the authority of Holy Scripture, the radicalization of moral relativism, the totality of secular humanism, and others — that divide these epistemological models and define the boundaries of theological risk. Enticing a research position into the realm of a-theology is a key technique for increasing the degree of danger in theological risk, which ultimately loses its religiosity and devolves into unbelief. On the inner contours of theological inquiry, the dangers of risk are heightened by the temptation to create an “absolute theology” or, conversely, a theology of emptiness, leading to a theology devoid of grace. Such risky theological strategies, which have lost the epistemological intuitions of spiritual enlightenment, give rise to dangerous projects of parareligiosity, both in the political- ideological realm and in the form of ecumenical radicalism. The article concludes by examining the profound essence of theological risk, defined by its epistemological resources: fundamental risk-taking, simultaneous openness to danger and hope, and spiritual and intellectual sobriety. The conclusion is the definition of theological risk as intellectual enlightenment, embracing its primary calling to reveal the light of the Divine presence to the world.
Хроническая боль, затрагивающая до 30% взрослого населения, представляет собой значимую медико-социальную проблему, приводящую к снижению качества жизни и экономическим потерям. Несмотря на признание роли психологических факторов в адаптации, остаётся нерешённой проблема интеграции когнитивных (атрибуция ответственности) и поведенческих (активность) компонентов совладания в единую модель.
В связи с вышеизложенным, целью исследования выступило выявление и анализ паттернов совладания с хронической болью, детерминированных комбинацией атрибуции ответственности и личностной активности.
На выборке из 84 пациентов с хронической болью в спине с применением опросника «Психологические факторы отношения к болезни и лечению» и методов факторного, корреляционного и непараметрического анализа выявлены четыре паттерна совладания, основанных на комбинации активности/пассивности и интернальности/экстернальности.
Наиболее адаптивным оказался профиль «Активность + Интернальность» (72,6% выборки), характеризующийся реалистичной самоэффективностью и готовностью к сотрудничеству в лечении. Парадоксально высокая, но дисфункциональная самоэффективность выявлена в группе «Пассивность + Экстернальность» (16,7%), где пациенты демонстрировали рентные установки и иррациональную веру во всемогущество внешних сил при собственной бездеятельности. Группы с рассогласованными профилями («Активность + Экстернальность» – 7,1% и «Пассивность + Интернальность» – 3,6%) показали наиболее низкую самоэффективность, связанную с фрустрацией, обвинением окружающих или парализующим чувством вины. Самоэффективность не зависела от демографических факторов или длительности боли.
Результаты подтверждают, что рассогласование между атрибуцией ответственности и поведенческой активностью формирует дезадаптивные паттерны с дисфункциональной самоэффективностью. Предложенная типология обладает прогностической ценностью для клинической практики, позволяя дифференцировать мишени психокоррекции (коррекция нереалистичных ожиданий, трансформация вины в ответственность) и прогнозировать риски низкого комплаенса. Ограничения включают однородность выборки и перекрёстный дизайн.
А. В. Котельникова, Анастасия Сергеевна Тихонова, Н.И. Зенцова· New Psychological Research· 0 citations
Статья посвящена определению прагматической роли фразеологизмов в подготовленной публичной политической речи на немецком языке. На примере выступления лидера ФРГ рассматриваются типы наиболее употребительных единиц, устанавливается взаимосвязь между видом фразеологизма и его прагматическим функционалом. В ходе анализа выявлено преобладание частичных идиом, обусловленное меньшей, но не нулевой прозрачностью их актуального значения, позволяющей, с одной стороны, быстро декодировать смысл высказывания, а с другой – избежать прямой номинации, эвфемизировать проблемные аспекты и перенести акцент на успешные стороны реализуемого политического курса. Выявлена ключевая роль фразеологизмов в управлении вниманием слушателей и убеждении в правоте оратора. Кроме того, устойчивые обороты позволяют структурировать речь политика, маркируя начало новых тематических блоков, закрепляют официальный статус дискурса, служат доказательством высокой компетенции оратора и повышают степень доверия аудитории.
The article is devoted to the determination of the pragmatic role of phraseological units in a prepared public political speech in German. Using the example of a speech by the leader of the Federal Republic of Germany, the types of the most common phraseological units are examined, and the relationship between the type of phraseological unit and its pragmatic functionality is established. The analysis reveals the prevalence of partial idioms, which is due to the lesser, but not zero, transparency of their current meaning, which allows quick decoding of the statement meaning, while also avoiding direct nomination, euphemizing problematic aspects, and emphasizing the successful aspects of the implemented political course. The article identifies the key role of set phrases in managing the audience's attention and convincing them of the speaker's rightness. Additionally, phrasemes help structure the politician's speech by marking the beginning of new thematic blocks, establishing the official status of the discourse, proving the speaker's expertise, and increasing the audience's trust.
Анна Андреевна Владимирова, Екатерина Владимировна Пивоварова· Дальневосточный филологическ...· 0 citations
В статье исследуется институт исламского налогообложения в контексте современной глобальной финансовой системы с акцентом на сопоставление международного и российского опыта. Раскрывается сущность исламских обязательных религиозно-фискальных платежей — закята, ушра, хараджа, хумса и закят аль-фитр — и показываются их отличия от светских налогов по правовой природе, кругу обязанных лиц, принципам распределения поступлений и выполняемым социально-экономическим функциям. На основе анализа практики Саудовской Аравии, Малайзии, Пакистана и Великобритании рассматриваются различные модели включения закята в государственные фискальные механизмы и предлагается авторская типология таких моделей: государственная, добровольно-институциональная, налого-нейтральная и смешанная, основанная на параллельном существовании обязательств. Отдельное внимание уделяется российскому эксперименту по развитию партнёрского финансирования, реализуемому с 1 сентября 2023 г. в Республике Дагестан, Чеченской Республике, Республике Башкортостан и Республике Татарстан и продлённому до 1 сентября 2028 г., а также изменениям 2025 г., закрепившим стандарты партнёрского финансирования, расширившим перечень допустимых операций и установившим дополнительные требования к рекламированию таких услуг. По итогам исследования выявлены основные налоговые проблемы исламского финансирования в России, включая вопросы обложения НДС при мурабахе, применение режима НДФЛ и отсутствие унифицированного подхода к корпоративному закяту. В заключение сформулированы предложения, направленные на обеспечение налоговой нейтральности и снижение риска двойной фискальной нагрузки.
This article examines the institution of Islamic taxation in the context of the contemporary global financial system, focusing on a comparison of international and Russian experience. It explores the essence of Islamic obligatory religious-fiscal payments—zakat, ushr, kharaj, khums, and zakat al-fitr—and demonstrates their differences from secular taxes in terms of their legal nature, the scope of obligated parties, the principles of revenue distribution, and the socioeconomic functions they perform. Based on an analysis of the practices of Saudi Arabia, Malaysia, Pakistan, and the United Kingdom, various models for incorporating zakat into state fiscal mechanisms are examined, and the author proposes a typology of such models: state, voluntary-institutional, tax-neutral, and mixed, based on the parallel existence of obligations. Special attention is given to the Russian experiment in developing partner financing, which began on September 1, 2023, in the Republic of Dagestan, the Chechen Republic, the Republic of Bashkortostan, and the Republic of Tatarstan and was extended until September 1, 2028. It also includes the 2025 amendments that consolidated partner financing standards, expanded the list of permitted transactions, and established additional requirements for advertising such services. The study identified the main tax issues of Islamic financing in Russia, including VAT for murabaha, the application of the personal income tax regime, and the lack of a unified approach to corporate zakat. Finally, proposals are formulated to ensure tax neutrality and reduce the risk of double tax burden.
М Ш Баснукаев· Вестник КНИИ РАН. Серия Соци...· 0 citations
автор статьи исследует три ключевых понятия научного поиска: «готовность к актуализации состояния», «состояние психологической готовности» и «удовлетворенность собой, миром, жизнью». Попытка объединить данные дефиниции привела к эмпирическому анализу и статистическим выкладкам, которые подтвердили выдвинутую гипотезу. Подготовка будущих психологов к обеспечению их психологической безопасности должна быть систематической и направленной на укрепление специальных компетенций. Программы, развивающие этот феномен, должны фокусироваться на когнитивном, эмоциональном и поведенческом уровнях. Автор рассматривал только эмоциональный уровень, поскольку считает его основным фактором, определяющим два других. Данная стратегия, являясь частью знаний и способности применять эти знания, тем не менее, связана с иррациональным характером личных защитных механизмов, возникающих перед лицом внутренних и внешних угроз определенными характеристикам профессии. Мы проверили гипотезу о том, что психологи должны быть защищены перед началом работы «лицом к лицу» с транзитивностью и иметь свою готовность к актуализации психологической безопасности. Будущие психологи должны быть готовы обновлять этот механизм защиты, особенно в контексте меняющихся вызовов. Пришли к заключению, что удовлетворенность – это один из основных показателей готовности к актуализации состояния психологической безопасности будущих психологов и этот показатель может быть откорректирован и сформирован.
the author of this article explores three key concepts in scientific inquiry: "readiness to actualize one's state", "psychological readiness", and "satisfaction with oneself, the world, and life". An attempt to combine these definitions led to empirical analysis and statistical calculations that confirmed the proposed hypothesis. Preparing future psychologists to ensure their psychological safety should be systematic and aimed at strengthening specialized competencies. Programs that develop this phenomenon should focus on the cognitive, emotional, and behavioral levels. The author examined only the emotional level, believing it to be the primary factor determining the other two. This strategy, while part of knowledge and the ability to apply this knowledge, is nevertheless associated with the irrational nature of personal defense mechanisms that arise in the face of internal and external threats to certain characteristics of the profession. We tested the hypothesis that psychologists should be protected before beginning work "face to face" with transitivity and have their own readiness to actualize psychological safety. Future psychologists must be prepared to update this defense mechanism, especially in the context of changing challenges. We concluded that satisfaction is one of the key indicators of readiness to update the state of psychological safety in future psychologists, and this indicator can be adjusted and developed.
Дж.К. Аминова· Review of pedagogical resear...· 0 citations
Статья посвящена исследованию запроса студентов-стоматологов на обучение коммуникативным навыкам. Инструментом для анализа их потребностей и ожиданий послужили эссе, обработанные методом кодирования. В исследовании приняли участие студенты 2–4 курса (n = 109), обучающиеся по направлению подготовки «Стоматология». Результаты выявили четкую динамику в осознании студентами роли коммуникативных компетенций в практике работы врача-стоматолога: от базового понимания необходимости эффективного контакта с пациентом (2 курс) – к осознанию связи между коммуникативными навыками, качеством лечения и репутацией врача (4 курс). Старшекурсники «запрашивают» конкретные коммуникативные навыки для будущей профессиональной деятельности (успокоение тревожных пациентов, разрешение конфликтов, мотивационное консультирование) и отдают предпочтение ролевым играм как методу обучения. Общей проблемой является критический дефицит теоретической подготовки студентов в области медицинской коммуникации. Запрос студентов демонстрирует, что коммуникативная компетентность воспринимается ими как важный, а не второстепенный навык. Нами обнаружено недостаточное обучение коммуникативным навыкам в ходе изучения клинических дисциплин. Результаты исследования представляют эмпирически мотивированную основу для интеграции коммуникативных навыков в рабочие программы дисциплин медицинского профиля.
The article studies the dental students’ request for training in communication skills. Essays processed by the coding method served as a tool for analyzing their needs and expectations. The study involved 2nd–4thyear students (n = 109) studying in the field of dentistry. The results revealed clear dynamics in the students’ awareness of the role of communication competencies in the practice of a dental doctor: from a basic understanding of the need for effective contact with the patient (2nd year) to awareness of the connection between communication skills, the quality of treatment, and the doctor’s reputation (4th year). Senior students “request” specific communication skills for their future professional activities (calming anxious patients, resolving conflicts, and providing motivational counseling) and prefer role-playing as a teaching method. A common issue is the critical lack of theoretical training for students in the field of medical communication. The students’ request demonstrates that communicative competence is perceived by them as an important rather than secondary skill. We found insufficient training in communication skills during the study of clinical disciplines. The study results present an empirically motivated framework for integrating communication skills into the course outline of medical disciplines.
Е.Ю. Васильева, Т.Н. Ульяновская· Cherepovets State University...· 0 citations
Рост природоохранных затрат в российских регионах опережает темпы улучшения экологических показателей, а накопленная практика оценки природоохранных мероприятий сохраняет разрыв между критериями экологической результативности, экономической обоснованности и долгосрочной устойчивости, которые в существующих методиках чаще применяются порознь. Отсюда вытекает задача единой оценочной конструкции, сводящей три критерия к сопоставимой количественной форме без потери их самостоятельного содержания. Предложена трёхкритериальная модель интегральной оценки, в которой частные индексы результативности, обоснованности и устойчивости рассчитываются по нормированным показателям и сводятся с весами 0,40, 0,35 и 0,25; устойчивость измеряется через дисконтированный экологический эффект и скорректированные чистые накопления. Расчёт выполнен на данных модельного промышленно-аграрного региона за 2019-2025 годы методами коэффициентного, факторного и сценарного анализа. Интегральный индекс вырос с 0,534 до 0,649 при немонотонной траектории с локальным снижением в 2021 году до 0,536; факторное разложение относит около 58% прироста на результативность и лишь 16,5% на обоснованность, а сценарный расчёт фиксирует обнуление чистого дисконтированного эффекта при ставке около 20,1% годовых. Опережающий вклад результативности при отстающей обоснованности означает, что регион приобретает экологический результат ценой снижающейся отдачи на затраты, и без встраивания критерия устойчивости в контур решений достигнутое улучшение остаётся уязвимым к удорожанию капитала.
The growth of environmental protection expenditure in Russian regions outpaces the improvement of environmental indicators, while the practice of assessing protection measures keeps the criteria of ecological effectiveness, economic feasibility and long-term sustainability separate. This raises the task of a single framework reducing the three criteria to a comparable quantitative form without losing their independent content. A three-criteria model of integral assessment is proposed, in which partial indices of effectiveness, feasibility and sustainability are computed from normalised indicators and aggregated with weights 0.40, 0.35 and 0.25; sustainability is measured through the discounted environmental effect and adjusted net savings. The calculation is performed on the data of a model industrial-agrarian region for 2019-2025 using coefficient, factor and scenario analysis. The integral index rose from 0.534 to 0.649 along a non-monotonic trajectory with a local decline to 0.536 in 2021; the decomposition attributes about 58% of the increment to effectiveness and only 16.5% to feasibility, while the scenario calculation records the net discounted effect vanishing at a rate of about 20.1% per annum. The leading contribution of effectiveness against lagging feasibility means that the region attains an environmental result at the price of declining returns on expenditure, and the achieved improvement remains vulnerable to the rising cost of capital.
Полина Сергеевна Тихонова· Stroitelʹnye i dorožnye maši...· 0 citations
